Чт, 04 Июнь

Обновлено:07:56:30 PM GMT

Премудрость и знание чистое
Вы здесь: Гармония Общество Новые идеалы?

Новые идеалы?

Еще не улеглись страсти, связанные с угрозой ядерной катастрофы, которая и сегодня остается потенциальной угрозой гибели человеческой цивилизации, как ряд исследователей, политиков и публицистов заговорили о новой нависшей над человечеством угрозе - стремительном росте народонаселения. К концу октября 2000 года население Земли достигло 6 миллиардов. По расчетам демографов, это половина предельно допустимой численности человеческого сообщества, причем расчетный предел может быть достигнут уже в конце XXI - начале XXII века.

Правда, на сей раз угроза перенаселения Земли обсуждается одновременно с не менее мрачной перспективой - уменьшением численности населения ведущих цивилизованных стран, "вымиранием наций", "уничтожением генофонда" и так далее.

Каковы же реальные пределы и проблемы дальнейшего развития нашей цивилизации и пути их решения? Может ли демографический взрыв взорвать нашу планету? Реальна ли перспектива демографического взрыва, и чем это угрожает чевечеству?

Если говорить об удвоении численности населения Земли в обозримом будущем, то это не только вполне реально, но и достоверно прогнозируется. В начале XIX века (1804-1807) численность населения оценивалась в один миллиард, на что человечеству понадобилось около 50 веков. Следующее удвоение этой численности было достигнуто уже менее чем за 100 лет (1927 г. - 2 млрд.). И всего за 40 лет ХХ столетия (1960-2000) население Земли удвоилось вновь - с трех миллиардов до шести. Правда, скорость прироста в последние годы стала заметно снижаться. Очередное удвоение численности, по расчетам демографов, должно произойти в конце ХХI - начале XXII века, но это не дает оснований для разговоров о перенаселении Земли и грядущей "вселенской катастрофе". Эксперты ООН считают, что ресурсы Земли позволяют прокормить 20-25 миллиардов человек даже при сегодняшнем уровне развития технологий.

Представим, что мы достигли этих временных рубежей. Но ведь очередное удвоение популяции землян с 12 миллиардов до 24-х превысит и этот допустимый предел. Такого удвоения численности популяции для человеческого вида уже не будет. Дело в том, что земная цивилизация сегодня находится на этапе демографического перехода. Согласно расчетным данным, он проходит два периода (цикла), каждый из которых равен 42 годам. Население мира вступило на путь глобального демографического перехода в середине 60-х годов ХХ века, завершение его ожидается к середине текущего столетия. Но это будет последнее удвоение населения Земли.

Затем наступит эпоха стабилизированной численности населения мира. Следует отметить, что в настоящий период население планеты увеличивается за счет относительно высокой рождаемости в сочетании со снижением смертности, причем наиболее продвинутые страны - европейские государства, Россия - фактически завершили период демографического перехода. С разной степенью отставания подобный процесс идет в Латинской Америке, Центральной и Восточной Африке, странах Азиатско-Тихоокеанского бассейна.

Главная проблема мирового сообщества на современной стадии процесса демографического перехода состоит в том, что основной прирост населения приходится на развивающиеся страны, где проживает пять из шести миллиардов населения планеты. А это значит, что мир пока прирастает за счет более бедной, менее образованной его части, проживающей в странах, где уровень развития культуры, современных технологий, инфраструктуры значительно отстает от стран "золотого миллиарда", и разрыв этот увеличивается. Что создает многочисленные очаги социальной напряженности.

Но и здесь действует универсальная закономерность демографического перехода, ведущая, в конечном счете, к стабилизации численности населения. Снижение темпов рождаемости характерно и для этих регионов, но пока оно идет медленно на фоне крайней бедности и нищеты, болезней и неграмотности огромных масс населения. К тому же внушительная армия безработных здесь постоянно пополняется молодежью, которой некуда себя деть. Не выдерживает роста населения и социальная сфера: школы, детские учреждения, пособия на малоимущих и так далее. Все это создает повышенную социальную напряженность, нередко выливающуюся в агрессивную внутреннюю и внешнюю политику, религиозный и политический экстремизм, в религиозно-этнические и межгосударственные конфликты и, наконец, в терроризм, который, на мой взгляд, становится самой острой проблемой XXI века.

Но вот сравнительно быстрыми темпами растет население Индии. К середине века она станет самой большой по численности населения державой. Продолжает расти население Китая. Эти страны пока не отнесешь к разряду ведущих в научно-техническом отношении государств. Они разнятся по типу политической организации и культуры, однако обе они уверенно продвигаются на лидирующие в мире позиции, сохраняя внутреннюю стабильность и не допуская экстремизма во внешней политике.

Однако общая тенденция - снижение темпов роста народонаселения - действует как универсальный закон, в том числе и в Индии, и в Китае, и в Мексике. С ней связана известная социальная напряженность, возникающая и в этих странах. Однако нет никакой жесткой, неизбежной зависимости между ростом рождаемости и усилением агрессивности того или иного государства, пример тому - "фундаменталистский" Иран и "прозападная" Саудовская Аравия и т.д. Важно, чтобы рост рождаемости сопровождался ростом научно-технического потенциала страны, развитием культуры, совершенствованием культурно-нравственных и правовых регуляторов.

Там же, где неуправляемые демографические процессы совпадают с ростом политической нестабильности, с политическим хаосом, "откатом" экономики страны и растущим обнищанием населения, - там рождается массовая ориентация либо на возврат к утраченным традиционным ценностям, в качестве которых нередко выступает религиозный фундаментализм, либо на преодоление разрыва в уровнях благосостояния, технологии и культуры путем "социального уравнительства" - "отнять и разделить" поровну.

И как в таких случаях должно действовать мировое сообщество? - В целом - деликатно, не забывая при этом замечание Льва Гумилева: "Если вы хотите сравнить студента и профессора, то сравнивать их надо, когда профессор тоже был студентом".

С одной стороны, развитые страны, вступившие в заключительную фазу демографического перехода, должны помогать тем, кто только вступает на эту стезю, быстрее и безболезненней пройти этот путь. Помогать прежде всего в развитии их технологии и культуры, не стремясь навязать собственные стандарты жизни и ценности. С другой - мировое сообщество не может попустительствовать попыткам отдельных государств решать собственные проблемы, порождаемые демографическим взрывом, путем внешней агрессии и терроризма. "Террористическая ось" от Филиппин до Косова, проходящая через страны с высоким уровнем рождаемости, с демографически молодым населением, разоренным, бесправным и запуганным, - это отнюдь не виртуальная, а очень даже реальная реальность, чьей экономической опорой зачастую становится наркобизнес.

Политики и эксперты называют разные причины конфликта в югославском крае Косово, в основном ссылаясь на этнические и религиозные факторы. При этом, как правило, они оставляют в стороне проблему демографическую. Между тем именно этнические противоречия при значительной разнице демографических градиентов - более высоких темпов рождаемости у албанцев по сравнению с сербами - оказались той самой адской машиной, которая в итоге взорвала ситуацию, не оставив шансов на урегулирование конфликта мирным путем.

Когда после Второй мировой войны Белград позволил тысячам албанцев переселиться в Косово для демонстрации преимуществ жизни в более благополучной Югославии, по сравнению с тоталитарным режимом Э.Ходжи, который не смог обеспечить в Албании такой же уровень благополучия, никто не подумал о том, что через 50 лет албанцы не только будут количественно доминировать в Косово, но и потребуют отделения этого края от Сербии. Имеющие слабое отношение к вероисповеданию криминально-паразитические установки клановой психологии и конкретные уголовные действия части демографически более молодых и агрессивно настроенных албанцев, прикрывающихся националистическими и религиозными идеями создания Великой Албании, в последнее десятилетие вынудили тысячи сербов, цыган и даже боснийцев, единоверных албанцам, покидать территории их исконного проживания.

Политический выбор США и стран НАТО в пользу албанцев создаст еще много проблем народам демографически более зрелой и культурной Европы. Если попытаться подвести итоги "гуманитарной" акции НАТО в Косово, то приходится признать, что косовские албанцы, так называемые "жертвы сербского геноцида", прекрасно освоили все виды криминального бизнеса в Европе - от рэкета до наркоторговли и торговли оружием, а коренных жителей Косово - сербов в том крае уже почти не осталось.

Опыт последних лет достаточно показывает, что в условиях агрессии, терроризма, развертывания боевых действий лозунги строительства новых независимых исламских государств силой массового и индивидуального террора оборачиваются разрушением всех устоявшихся структур общества и государства, использованием мирного населения в качестве "живого скота" или заложников криминальных структур.

Как правило, роль выразителя национальных идей в этих случаях берут на себя разрозненные группы вооруженных людей, преследующих собственные корыстные интересы, пытающихся насилием реализовать свои претензии на национальную, региональную или мировую известность, на власть или собственность. Организованные по типу военных демократий члены многочисленных кланов и групп просто не в состоянии подчиняться единому руководству и разрешить обостряющиеся межклановые противоречия. Сегодняшний пример тому - Чечня, Косово, Палестина. Наивно рассматривать договоренности с их лидерами как соглашения, соответствующие статусу межгосударственных. Кстати, Ф.Энгельс в свое время сказал об афганских пуштунах: "Только неукротимая ненависть к государственной власти и любовь к личной независимости помешала им стать великой нацией".

Демографические бомбы заложены не только на демографически зрелых Балканах и юге Европы. Это отголоски уже завершившегося демографического перехода. К самым "горячим" (в демографическом смысле) точкам планеты относится Центральная Африка, страны к югу от Сахары. Высокая рождаемость, в числе прочих факторов, - причина геноцида в Руанде, где численность народа хуту за послевоенный период превысила численность другого народа - тутси, традиционно правившего в Руанде. Хуту требовали большей власти в соответствии с их численностью, тутси с этим не согласились, и началась резня. Периодически вспыхивают кровавые вооруженные конфликты и локальные войны в Либерии и Сьерра-Леоне, Эфиопии и Эритрее, Нигерии и Анголе. Все они носят во многом этнический характер и связаны с высоким уровнем рождаемости (6-7 детей на женщину), характерным для начальной фазы демографического перехода.

Не одно десятилетие длится этнический конфликт в Ливане, вызванный демографическим дисбалансом. Более высокая рождаемость мусульман (по сравнению с христианами) в этом некогда процветавшем туристическом и финансовом центре Ближнего Востока в 70-е годы привела к кризису традиционной политической системы, основанной на пропорциональном представительстве всех региональных групп: христиан-маронитов, мусульман - суннитов, шиитов, а также друзов. Пока христиане были в большинстве, мусульмане не выдвигали никаких претензий на пост президента, который традиционно был закреплен за самой многочисленной общиной страны - маронитами. Но стоило численности мусульман превысить количество христиан, как последовали требования изменения политической системы и передачи верховной власти мусульманской общине. В результате разгорелась затяжная гражданская война, расчленившая страну на религиозные общины и кланы. Мировая политология даже ввела в оборот новый термин - "ливанизация" конфликта, что означает полный распад некогда единого государства на мелкие, бесконечно враждующие друг с другом фрагменты. По аналогии возникли термины "афганизации", а теперь и "чеченизации" конфликта.

Приведенные примеры - лишь попытка продемонстрировать противоречия, возникающие у народов, находящихся на разных стадиях демографического перехода, показать связь между уровнем рождаемости и уровнем конфликтогенности внутри человеческого сообщества.

Ситуация, сложившаяся на всем постсоветском пространстве, свидетельствует, что мы достигли стадии демографической зрелости. В целом на постсоветском пространстве общий коэффициент рождаемости составляет 1,6, в России он менее 1,3, что вполне соответствует показателям развитых стран.

Народы и национальности, населяющие нынешнюю территорию Российской Федерации, демографически в основном однородны. Более высокие, чем в среднем по России, коэффициенты рождаемости - у народов и народностей Северного Кавказа. Дагестан, Ингушетия, Чеченская Республика, Тува находятся в последней стадии продуктивной фазы демографического перехода, с коэффициентом рождаемости 2,2-2,6 ребенка на женщину. Калмыкия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия находятся на стадии демографического развития, приближающегося к стабильной численности населения, с коэффициентом рождаемости 2,1-2,3.

Примерно такие же, как в России в целом, показатели и Украины, Белоруссии, стран Балтии (1,2-1,4). Несколько выше этот показатель в республиках Закавказья и Казахстане (1,7-2,3) и существенно выше в Средней Азии (от 4,2 в Таджикистане до 3,2 в Киргизии). Таким образом, можно говорить о том, что в основном Россия и страны, ранее входившие в СССР, за исключением центральноазиатских республик, миновали основные, продуктивные фазы демографического перехода. А потому демографический фактор, как "запал" конфликтов на постсоветском пространстве, сведен к минимуму.

На постсоветском пространстве народы проходили вместе основные стадии демографического перехода. Благодаря этому сформировалось культурное пространство, в котором скорее всего будут идти объединительные процессы. В обозримом будущем нас ожидает стабилизация общей численности землян, а возможно, и ее уменьшение.

За счет чего будет осуществляться в таких условиях дальнейшее развитие нашей цивилизации? Не приведут ли нас такие процессы, как неизбежное старение населения, все более поздние браки, ухудшение генофонда, к постепенному хирению homo sapiens и его вырождению? Или у человечества появляется шанс на выживание путем конструирования более совершенных особей на основе генной инженерии, трансплантологии, усиления его физических и интеллектуальных способностей путем вживания микрочипов и так далее? Подобные версии все чаще высказываются в отечественной и зарубежной печати. Но существует также иная позиция. Она базируется на опыте развития биологии и медицины ХХ века, на современных биоправовых положениях, касающихся защиты человека от "высоких медицинских технологий", которые ныне приняты государствами и правительствами многих стран мира. Она базируется, наконец, на опыте и практической врачебной работе. Характерно, что если в середине ХХ века открытие ДНК, возможности медицинской генетики и вмешательства в геном человека воспринимались общественным мнением как сугубо позитивные, то в последние десятилетия к таким открытиям стали относиться все более настороженно.

Принято большое количество международных деклараций о необходимости разработки национальных законов, обеспечивающих три уровня защиты (индивида, общества и вида) от вмешательства "высоких медицинских технологий". Кроме того, загодя оговаривается запрет на дискриминацию, основанную на генетических тестах, которыми могут воспользоваться работодатели и страховые компании при найме сотрудников или заключении договоров с клиентами.

Генная инженерия, конечно, должна служить человеку, помогать исцелению от болезней и защищать от мутаций. Но стоит разделить гены на "хорошие" и "плохие", как возникает соблазн дискриминации - с последующим формированием нового "класса отверженных". Ведущие
генетики и цитобиологи призывают исследователей всего мира воздержаться от генетических вмешательств в стволовые клетки эмбриогенеза, наложить хотя бы 50-летний мораторий на работы по созданию "искусственной матки" или гетерохимер "человек-животное". Была принята формула запрета на попытки создания человека, генетически идентичного другому, как живому, так и умершему, на перенос ядерного материала соматической (взрослой) клетки. Фактически впервые в науке был наложен запрет на то, что еще не состоялось.

Такая настороженность подиктована прежде всего чрезвычайной сложностью и деликатностью проблемы, огромной ответственностью перед потомками за возможные ошибки и злонамерения. К примеру, известная овечка Долли появилась на свет лишь на 279-й попытке. Не забудем и о крайней уязвимости генетически идентичных клонов к окружению бактерий и вирусов, к разным средовым условиям вынашивания, проживания, культуры, наконец, просто об опасностях, связанных с возможными грубыми генетическими повреждениями плода.

Математически рассчитано, что вероятность появления идентичного потомства у одной человеческой пары в условиях полового отбора равна одной трехсотмиллионной. Дело в том, что миллиарды лет биологической эволюции в качестве основы видового разнообразия сформировали очень высокий по уровню организационной сложности (и по уязвимости к внешним воздействиям) механизм сперматогенеза.

Расшифровка генома вряд ли оправдает надежды нового общественного обустройства. Известный советский генетик В.Эфроимсон предупреждал: более 1,5 миллиона лет человеческой эволюции все "лишнее" уже убрали. Поэтому наивно думать, что кто-то с пипеткой, пробиркой, отверткой и микросхемой заменит в живом организме какой-то блок, что-то вытащит, а что-то вставит, радикально изменив ситуацию и решив вопросы современности.

Человечество как вид за время своей истории показало очень высокую устойчивость к разным повреждающим факторам. Для него полезных мутаций быть уже не может. Вид homo sapiens завершил свою биологическую эволюцию. Отход от 46 хромосом неизбежно приведет лишь к резкому увеличению аномалий и появлению реально нежизнеспособных особей. Половое размножение - главный человеческий феномен, шедевр биологической эволюции, поэтому расчет на "биочипы" и "человеко-машинные системы" или клонирование - лишь поиск легкого пути при с трудом идущей социальной эволюции и адаптации. К слову, если бы клонирование появилось во времена нижнего палеолита, человечество (если его выживание оказалось бы теоретически возможным) не продвинулось бы далее каменного топора.

Более перспективным путем в рамках социальной эволюции может быть реализация исторически достаточно молодой концепции евгеники. Ее идеи в извращенном виде были использованы расистами, совершившими невиданные массовые злодеяния, в том числе и против своего населения. В результате из научного рассуждения выпал ряд проблем, поставленных евгеникой в части социальной преемственности, передачи культурных ценностей, брачного подбора с целью уменьшения числа хромосомных заболеваний, наследственных общественно опасных психических отклонений, права на генетическую информацию как составную часть гарантированных основных прав человека. Эти и другие болезненные и тонкие вопросы, а также проблема большей биогуманитарной целесообразности межэтнических браков - много более реальная и человечная альтернатива "человеко-машинным системам". Хотя процесс этот долгий и трудный. Пройдет не менее 50 лет, прежде чем межэтнические браки станут предпочтительной нормой культуры.

Какую роль на этапе демографического перехода играет религия? Ведь все религии во все времена опирались на лучшее, что есть в человеке: милосердие, сострадание, альтруизм, взаимопомощь. Однако фактически насильственное насаждение нравственных и правовых норм той или иной религии, как это делают талибы или люди, именующие себя ваххабитами, в Дагестане и Чечне, ссорит, унижает народы, в том числе честных тружеников, исповедующих ислам. Во имя "чистоты веры" фундаменталистские экстремисты готовы презреть законы Божие и нормы человеческие.

Сами же по себе идеалы и нравственные принципы всех мировых религий несут народам мир, терпимость и взаимоуважение. Они стоят на страже священного права человека на жизнь - как творения Божия, творения космического, носителя культуры и ее созидателя.

"Наука и религия"
Просмотров: 3287
0